Вернуться   Форум "Маньяна" > Флудильня > Беседы у камина
Регистрация Справка Пользователи Календарь Все разделы прочитаны

Беседы у камина Есть потребность с кем-нибудь поговорить - милости просим, у камина приятно вести задушевные беседы.

Ответ
 
Опции темы
Старый 03.02.2010   #16
каскада
Турист
 
Аватар для каскада
 
Регистрация: 25.01.2010
Сообщений: 58
По умолчанию

Взлет модного дома "ИрФе" был стремительным.

Юсуповы открыли еще три филиала: в Туке — популярном курорте в Нормандии, Лондоне и Берлине.

Светские дамы были в восторге. «Клиентки были всех национальностей. Приходили из любопытства и за экзотикой. Одна потребовала чаю из самовара. Другая, американка, захотела видеть «князя», у которого, по слухам, глаза фосфоресцировали, как у хищника» - вспоминал в мемуарах Феликс Юсупов.

( титульный лист каталога модного Дома "ИрФе" )

В 1926 "IrFe" первым из русских домов выпустил собственную парфюмерную линию, представленную тремя ароматами: для блондинок, брюнеток и рыжих. Авторами аромата были Феликс и Ирина. Дизайн рекламного постера духов "IrFe", изображавшего флакон прямоугольной формы с граненым черным колпачком, создала принцесса Маргарита Греческая.

Несомненный успех Дома "IrFe" позволил Юсупову развивать новые направления деятельности: был открыт магазин юсуповского фарфора, а сам князь принял участие в оформлении трех парижских ресторанов.
***
Идеи были новы, вкус - безупречен, яркость - завораживающа, но - успех был бы немыслим без русских манекенщиц. Именно они поразили воображение публики - ничего подобного она доселе не видела. Кстати, не видела и после...
Посмотрите на них вместе со мной, пожалуйста


Это княжна Наталья Палей, дочь великого князя Павла Александровича. История его любви к женщине более низкого сословия, отказа от семьи, бегства и венчания на полустанке заслуживает отдельного рассказа. Скажу лишь, что все трое их детей оказались красивы той светлой красотой, какой бывают наделены дети, зачатые и рожденные в большой любви.


княжна Елена Трубецкая


виконтесса Женя д'Кастэкс - Горленко

Русские модели обладали прекрасным воспитанием, красотой, манерами и - громким титулом, сводившим с ума парижан.


княжна Мэри Эристова, урожденная Шервашидзе
каскада вне форума   Ответить с цитированием
Старый 03.02.2010   #17
каскада
Турист
 
Аватар для каскада
 
Регистрация: 25.01.2010
Сообщений: 58
По умолчанию

Привычный парижанам образ "салонного манекена" - хорошенькой барышни небольшого ума, достатка и происхождения рассыпался в прах. Гостиные модных домов явили богиню.
Характеры многих - и как следствие, судьбы - могли быть сюжетом романа. Ведущей манекенщицей известного русского Дома моды "Итеб", основанного бывшей фрейлиной Императрицы, была Софья Носович, прославившаяся тем, что с оружием в руках сражалась с большевиками в рядах Белой армии. Была приговорена к расстрелу, но чудом спаслась и попала в Париж. В период гитлеровской оккупации она участвовала в Сопротивлении, ее схватили, пытали и она никого не выдала; позже была награждена орденом Почетного Легиона.


княжна Надежда Щербатова

Профессия манекенщиц в эпоху арт деко была «говорящей». Им приходилось на нескольких иностранных языках рассказывать своим клиенткам о представляемых моделях, особенностях ткани, кроя или отделки. Поэтому русские дворянки, с детства знавшие 2-3 языка, очень ценились.


графиня Граббе, урожденная княжна Белосельская-Белозерская

Шок французов от появления в мире моды русских аристократок можно понять. Профессия "манекена" (так эти девушки назывались) была не престижной и несколько сомнительной. И, кстати, малооплачиваемой. Ателье держали «домашних манекенов», фигура которых подходила для постоянных примерок. Часами они простаивали на столах, пока им равняли подолы, драпировали и закалывали на них муслины, тюли и креп-марокены.
Другой категорией были салонные манекены, cadette du cabine. Это были штатные единицы в модном доме, демонстрировавшие созданные домом модели. Большие дома моды позволяли себе 6-8 «кабинных» манекенщиц, маленькие обходились 2-3 девушками. Дома моды выдавали им по паре шелковых чулок и золотистых парчовых туфель, подходящих ко всем моделям. Над девушками была начальница — шеф кабины, которая следила за опозданиями, фигурой и поведением девушек, а главное - исполнением двух самых важных запретов : пить кофе/курить в модельных платьях и кокетничать с мужьями клиенток.
Приподнятого языка/подиума тогда не существовало, девушки ходили среди посетителей, поэтому средний рост манекенщиц в те годы был 160 см ; мода на высоких пришла лишь в конце ХХ века.
Показы проходили в салоне—гостиной каждого дома. Ежедневно проходило по 3 показа и к определенному часу, например, к 11.00, 14.00 и 17.00. Дамы из числа возможных клиенток и покупательниц приходили в свой любимый дом моды, чтобы посмотреть новинки сезона.
Отдельную немногочисленную категорию составляли "светские манекены", в платьях модного дома посещавшие балы, вечера, коктейли, где их фотографировали.
Русские манекенщицы и русские стремителньо стали неотъемлимой частью высокой моды.
***
Сначала кустарная продукция русских эмигрантов сбывалась через выставки-продажи, которые организовывали западные благотворительные фонды. Позже сбытом занялись активные люди из среды эмигрантов. О моде на русские изделия в Париже начала 20-х годов восторженно писал обозреватель журнала "Искусство и мода" Пьер де Тревьер: "В Париже есть не только русские рестораны. Кроме шоферов такси и учителей танцев, которые уверяют, что были царскими адъютантами, у нас есть нечто другое… все эти русские материи и украшения, созданные с редким искусством, с их притягательным многоцветьем кустарями, которые по странному стечению обстоятельств расположились по всей рю Фобур Сент-Оноре, от площади Бово до рю Руаяль… Я горячо верю, что наша мода попадет под непосредственное влияние этих наивных художников. Не сомневайтесь, туники парижанок скоро озарятся славянским духом или русским настроением."


( великая княгиня Мария Павловна, основательница знаменитого дома вышивки "Китмир". Ателье она назвала именем любимого пекинеса бывшего посла России в США Бахметьева. )
С введением нансеновского паспорта - признанного в 38 государствах документа политического беженца - русские эмигранты получили возможность открывать собственные предприятия. Возникли многочисленные ателье и швейные мастерские русских женщин-эмигранток, рабовших в русском стиле и называвшихся называясь увруарами (артелями).


( кн. Оболенская, кн. Трубецкая и Анненкова в модном доме «ТАО», Париж, 1926 г. ТАО - первые буквы фамилий создательниц предприятия )
каскада вне форума   Ответить с цитированием
Старый 03.02.2010   #18
каскада
Турист
 
Аватар для каскада
 
Регистрация: 25.01.2010
Сообщений: 58
По умолчанию

Мода на русский стиль распространялась с быстротой лесного пожара. Сапожки, блузы-казак с косой застежкой, шапки, вышивки, головные уборы-кокошники, большой воротник-стойка, названный "боярским" - были хитами 20х годов; изюминками коллекций Коко Шанель.

Они работали не разгибаясь, и не только ради пропитания.
В 1925 на Выставке в Париже продукцию привезли и Советы. «Я узнала, — написала великая княгиня Мария Павловна, создательница модного дома "Китмир", урожденная Романова, — что советские русские будут иметь отдельный павильон на выставке, и приняла решение, что мы тоже должны показать нашу работу широкой публике. Было бы справедливо, чтобы все знали, на что мы, беженки, в большинстве случаев никогда ранее не работавшие, способны в нашем изгнании».
Надо сказать, тогда ей потребовалась вся ее гордость : советская делегация привезла не только набивные ситцы с серпами, молотами и звездами, но и платья Ламановой с пуговицами из хлебного мякиша, которые и получили Гран-при.
Да, творчество великой княгини не осталось незамеченным, "Китмир" получил золотую медаль и почетный диплом участника выставки. Оскорбительно выписанный на имя мсье Китмира.
***
Всех не перечислишь : законодатель, Дом «Итеб», созданный фрейлиной императрицы Александры Федоровны Бети ( название Дома - ее имя наоборот) Буззард, урожденной баронессой Элизабет Гойнинген-Гюне, в первом браке баронессы Врангель; изысканный "Эльмис" кабардинки Эльмисхан Хагондоковой, позже кн. Баженовой, роскошный "Китмир" вел.кн. Романовой и конечно, конечно же "IrFe"


А Дальше ? дальше была Великая депрессия.
У Юсуповых было много клиентов в США, там же находилась и значительная часть их сбережений. Они потеряли и богатую клиентуру, и свои деньги.
К тому же роскошный аристократический стиль «IrFe» перестал соответствовать развивающемуся обществу. На передний план вышли простые универсальные модели Шанель, а затем и Диора.
В 1929 году скончалась обожаемая бабушка княгини Ирины, вдовствующая императрица Мария Федоровна; на открытом аукционе в Берлине советское правительство распродавало личные вещи Юсуповых, оставшиеся в России.
В 1930 было объявлено о закрытии Дома "IrFe" и филиалов. Только легендарные ароматы еще некоторое время продолжали продаваться.


Средств было так мало, что в конце концов все Юсуповы были захоронены в одной могиле, по мере того, как они постепенно умирали – старая княгиня Зинаида Юсупова, князь Феликс и пережившая всех их Ирина, которая скончалась в феврале 1970 года.
Но мы можем рассматривать старые фотографии, с которых глядят закутанные в меха и роскошные ткани русские эмигрантки, и быть признательными за то, что они сделали. "Ведь аристократия рождается из лучших войнов древности, а древность - времена совсем недавние" (с)
каскада вне форума   Ответить с цитированием
Старый 04.02.2010   #19
axinella
Турист со стажем
 
Аватар для axinella
 
Регистрация: 07.11.2009
Адрес: France
Сообщений: 175
По умолчанию

Цитата:
Сообщение от каскада Посмотреть сообщение
Поскольку ,мы все /почти/живем в чужих странах,надеюсь,кому-нибудь,а не только мне, будет интересно.
каскада, просто прекрасно, исключительно интересна история IrFe - Как русские Париж покорили, читала, не отрываясь. Спасибо.
__________________
Why should life be simple, when it can be
complicated...
axinella вне форума   Ответить с цитированием
Старый 06.02.2010   #20
каскада
Турист
 
Аватар для каскада
 
Регистрация: 25.01.2010
Сообщений: 58
По умолчанию

Спасибо на добром слове,AXINELLA, а вот еще одна русская-
француженка. Дина Кирова.

Дина Никитична Кирова (1886 - 1982) – известная русская актриса, до революции служившая в «Суворинском Малом театре» в Петербурге. В 1920 году покинула Россию. В 1929 году в Париже на улице Кампань Премьер на свои средства основала «Интимный театр Д.Н.Кировой». ««Интимный» в данном случае означает «близкий», ведь все спектакли шли на русском языке, для узкого круга зрителей», - поясняет Валентина Кошкарян, автор вступительной статьи и комментариев к книге. Именно благодаря ей эта книга увидела свет.
Попытки создать театр неоднократно предпринимались актерами-эмигрантами первой волны. Но лишь «Интимный театр Д.Н.Кировой» смог продержаться целых шесть лет и поставить для зрителей более 140 спектаклей, в основном русскую классику – Островского, Чехова, Достоевского и др. Своеобразный манифест театра Кировой печатался на обороте программок. Он состоял из нескольких пунктов, которые по словам литературоведа и искусствоведа, почетного члена Российской академии наук, профессора-слависта Ренэ Гера (Париж, Франция), могут быть актуальны и в современной России. Вот эти несколько пунктов: «1. Не дать русской молодежи, разбросанной в эмиграции, забыть русский язык, русских классиков, русский быт, историю и лучшие стороны прошедшей (и уже им незнакомой) русской жизни, в лучших произведениях русских писателей. 2. Дать возможность взрослой части русской части эмиграции вспомнить то же, и минутами, душой уйти от чуждых условий жизни к воспоминаниям дорогого прошлого и величия России. 3. Дать возможность артистам, разбросанным по разным местам для заработка «хлеба насущного» получать духовную пищу, выступая на сцене и собираясь в хорошую русскую труппу. 4. Выявить новые артистические и литературные силы. 5. Дать возможность зрителю от времени до времени посмеяться здоровым русским смехом (для этого один раз в месяц ставятся русские комедии). 6. Дать дешевый и серьезный русский театр в Париже.
Рецензент из «Последних новостей» писал: «Есть какая-то красивая жертвенность в том, что делает Кирова. Небольшое помещение, едва вмещающее 200 зрителей, недорогие цены, маленькая, но хорошо подобранная труппа, тщательно срепетированные спектакли, образцовый репертуар – все это рассчитано, конечно, не на барыши, а идет исключительно от любви к родному театру, родной литературе». В 1930 году «Интимный театр Д.Н.Кировой» дважды гастролировал в Брюсселе. «Спектакли восхитительны даже для тех, кто не знает русского языка», - писали бельгийские критики. Ясно, что держался театр на одном только голом энтузиазме его актеров и на неиссякаемой энергии Дины Кировой, которая отдала своему детищу не только все душевные силы, но и физическое здоровье. Показательно, что, когда в конце концов актриса слегла от переутомления, театр распался.
Интересно, что хотя упор в «Интимном театре» делался в основном на классику, Кирова поставила немало пьес, написанных специально для нее драматургами-эмигрантами. Были они в основном о том, как тяжело жить на чужбине, но «здоровый смех» присутствовал и здесь: посмеяться над своими горестями и в какой-то мере нейтрализовать их.
«Я не люблю, когда говорят о первой волне эмиграции: «они были в изгнании», - сказал на вечере Ренэ Гера. – Я считаю, что они были посланы с миссией. Не дать забыть, оставить след – вот суть ее. Книга написана правдиво, непосредственно, и в ней тоже прослеживается это желание – не дать прошедшему уйти безвозвратно, воскресить эпоху. В этой повести современный читатель без сомнения найдет для себя много трогательного, поучительного».
«Эту книгу можно было назвать не «Мой путь служения Театру», а «Мое служение России»,</I> - считает литературный критик, поэтесса Надежда Васильевна Кондакова (поэт, драматург, переводчик). - Мы не найдем здесь высокого стиля, книга написана очень бесхитростно».
«Двадцать шесть лет я каждый день, ложась в кровать, крестилась и говорила: «Господи! Дай увидеть Россию!»,
– писала Кирова. – Вставала утром, опять первое слово: «Господи! Дай увидеть Россию!» Увы…».
Валентина Кошкарян рассказала о том, как она совершенно случайно обнаружила рукопись мемуаров Кировой в «Русском доме» в Сент-Женевьев-де-Буа у дальнего родственника актрисы, умершей здесь же в 1982 году; о том, как собирала биографические данные о Дине Кировой и ее театре, как искала ее могилу на кладбище в Сент-Женевьев-де-Буа (после смерти своего второго мужа князя Ф.Н.Косаткина-Ростовского Кирова ещё раз вышла замуж и сменила фамилию).
Читая книгу Кировой, ни на минуту не забываешь, что её амплуа – инженю комик: часто хочется одновременно и смеяться, и плакать. В воспоминаниях актрисы много диалогов, так что кажется - слышишь живой голос актрисы.
Эта женщина, родом из простой крестьянской семьи, привыкшая во всем полагаться на себя, ставшая в изгнании для своего мужа тем «сильным плечом», на которое он всегда мог опереться, жила, руководствуясь знаменитым девизом Жанны дґАрк: «Делай свое дело – и будь что будет!». Даже в самых страшных испытаниях она, искренне верующий человек, никогда не забывает, что жизнь – это чудо. Дина Кирова могла остаться в России и играть во МХАТе, но последовала за своим мужем в неизвестность - туда, где её наверняка ждали лишения. На такой поступок может решиться не каждый.
Презентация завершилась небольшим концертом. Лауреаты международных конкурсов А.Шамонин (фортепьяно) и М.Червинский (скрипка) виртуозно исполнили произведения Массне, Глюка, Брамса.
Дина Кирова заслуживает того, чтобы память о ней жила. Книга её воспоминаний начинает серию «Возрождение», в которой издательство будет знакомить нас с именами наших соотечественников, волей судьбы оказавшихся за рубежом.

Н.Клевалина


Ренэ Гера
Валентина Кошкарян

Лола Звонарёва
каскада вне форума   Ответить с цитированием
Старый 06.02.2010   #21
каскада
Турист
 
Аватар для каскада
 
Регистрация: 25.01.2010
Сообщений: 58
По умолчанию

А вот еще три героические русские женщины -участницы французского Сопротивления,награжденные орденом Почетного Легиона.

Биография
Вера Аполлоновна Оболенская родилась в семье Аполлона Аполлоновича Макарова.
С 1920 года жила в эмиграции во Франции. После окончания школы работала манекенщицей, затем секретаршей. В 1937 году вышла замуж за князя Николая Александровича Оболенского (19001979).
С начала оккупации Франции Германией в 1940 году вступила в Движение Сопротивления и вошла в один из подпольных кружков. Этот кружок после объединения с другой группой стал называться Organisation Civile et Militaire (OCM; «Гражданская и военная организация»). В подполье была известна как «Вики». ОСМ занималась разведывательной деятельностью, а также организацией побегов и вывозом за границу британских военнопленных. Оболенская была генеральным секретарём организации: в её ведении находилась связь с другими подпольными группами и координация совместных действий. В 1943 году организация стала проводить работу с советскими военнопленными. Гитлеровцы пытались внедрить своего агента в организацию, но благодаря Вики эта попытка была сорвана.
Вера Оболенская была арестована 17 декабря 1943 года на конспиративной квартире. В тюрьме ей долгое время удавалось вводить гестаповских следователей в заблуждение, а потом она вообще отказалась давать какие-либо показания. В июле 1944 года после высадки союзников в Нормандии Оболенская была перевезена в Берлин. 4 августа 1944 года она была гильотинирована в тюрьме Плётцензее.
Награды
каскада вне форума   Ответить с цитированием
Старый 06.02.2010   #22
каскада
Турист
 
Аватар для каскада
 
Регистрация: 25.01.2010
Сообщений: 58
По умолчанию

Шаховская Зинаида Алексеевна
(1906 - 2001)

Родилась 30 августа / 12 сентября в Москве в аристократической семье. Княжна. В 1920 г. выехала за границу вместе с родителями в гражданскую войну из Новороссийска в Константинополь. Училась в американском колледже в Константинополе, в католическом монастыре в Брюсселе (1923), в Протестантской школе социального обеспечения в Париже. В Париже короткое время представляла литературный журнал «Благонамеренный» (1926), основанный ее братом Д. А. Шаховским (будущим архиепископом Иоанном). Выйдя замуж за художника Святослава Святославовича Малевского-Малевича (сконч. 1973), надолго переселилась в Бельгию. Во время второй мировой войны участвовала во французском и бельгийском Сопротивлении. С 1941 г. редактор Французского информационного агентства в Лондоне. В 1945-1948 г. военный корреспондент в Германии, Австрии, Греции, Италии. С 1949 в Париже. Сотрудник Международной федерации киноархивов (1951-1952), главной редакции французского радиовещания (1961-1964), русской секции французского радио и телевидения (1964-1968). Кавалер ордена Почетного Легиона и офицер ордена Искусств и Словесности. Главный редактор газеты "Русская мысль" (1968-1978). Печаталась также под псевдонимом Жан Круазе. Скончалась 11 июня в старческом доме в Сент-Женевьев де-Буа под Парижем.

Творения:
Отражения. – Париж: YMCA-Press, 1975. – 279 с.
Рассказы, статьи, стихи. – Париж: Les Editeurs reunis, 1978. – 227 с.


Фотографии в Интернете см.:
Фото 1 (в молодости) (с сайта " Потомки Рюрика").
Фото 2 (1970-е годы) (с сайта газеты "Русская мысль").
Фото 3 (незадолго до кончины) (с сайта Тургеневской библиотеки www.turgenev.ru).

Составлено по источникам:
Памяти Зинаиды Шаховской: Сайт газеты "Русская мысль".
Сайт газеты "Русская мысль".
Сайт " Потомки Рюрика".

каскада вне форума   Ответить с цитированием
Старый 06.02.2010   #23
каскада
Турист
 
Аватар для каскада
 
Регистрация: 25.01.2010
Сообщений: 58
По умолчанию

Воспоминания Рины Феликс.


На кладбище Сент-Женевьев де Буа в Париже нахожу могилу ГАЛИ БАЖЕНОВОЙ...
Знаменитая "русская блондинка", одна из манекенщиц дома моды "Шанель".
Она была звездой этого прославленного Дома...
Гали Баженова... урожденная Хагондокова, дочь русского генерала, "смолянка", прибывшая в Париж из Шанхая в 1923 году и приглашенная в качестве манекенщицы в дом моды "Шанель".
Русские манекенщицы, аристократки, внесли в дома моды Франции МАНЕРЫ, умение ПОДАВАТЬ НОВЫЙ ТУАЛЕТ и... пообщаться с людьми пришедшими на показ.
Баженова была настоящей "светской манекенщицей". А, умея блистательно вести дела, в 1928 году открыла собственный дом моды "Эльмис".
Как в жизнях многих, в жизни Гали Баженовой были взлеты и падения.
После закрытия дома моды, Баженова пробовала себя в оформлении интерьеров, а в 1934 году вышла замуж за графа Станисласа де Люара.
Успешного человека - сенатора, землевладельца.
Во время Второй мировой войны графиня де Люар вступила в ряды французского Сопротивления, заведовала передвижным хирургическим отделением. Получила орден Почётного легиона из рук президента Франции генерала де Голля.
Брат храброй женщины Измаил Хагондоков говорил о сестре - "По характеру она была строгим командиром".
Похоронена эта славная женщина с высочайшими воинскими почестями...
каскада вне форума   Ответить с цитированием
Старый 06.02.2010   #24
каскада
Турист
 
Аватар для каскада
 
Регистрация: 25.01.2010
Сообщений: 58
По умолчанию

Похождения графа Ламздорфа
Джин ВРОНСКАЯспециально для «Совершенно секретно»
1928 год. С женой Ниной
Одному из последних представителей русской белой эмиграции «первой волны», Григорию Павловичу Ламздорфу, в январе исполняется 90 лет. Он – и последний в знаменитом роду, сыгравшем значительную роль в истории России. Его отец, граф Павел Константинович Ламздорф, был секретарем Сената, а двоюродный дедушка, Владимир Николаевич, с 1900 по 1906 год занимал пост министра иностранных дел России. Семья его матери, Натальи Николаевны Хвостовой, дала России двух министров юстиции и одного – внутренних дел. Последний, Алексей Николаевич, доводился Григорию Павловичу дядей и был убит большевиками в 1918 году.
Жизнь самого Григория Павловича напоминает увлекательный детектив, в котором прослеживаются две удивительно последовательные линии: все сознательные годы он вел свою войну с коммунизмом и упорно отказывался от какого-либо гражданства, кроме русского.

Европейский корреспондент «Совершенно секретно» Джин Вронская встретилась с графом Ламздорфом в Барселоне, где он живет многие последние годы. С Франко против Сталина


– Я родился в Петербурге. Нас было трое детей. Старшая сестра Екатерина (позднее она вышла замуж за младшего сына генерала Петра Врангеля, Алексея), я и мой младший брат Николай. В 1920 году мы бежали из советской России: на последнем пароходе нас вывезла сербская миссия. Там был весь Синод – русские священники и епископы. Через Пятигорск и Новороссийск мы прибыли в Константинополь. Думали, скоро вернемся. Попали в Салоники, потом в Югославию. Жили в военных лагерях под Белградом. Бывший посол Австро-Венгрии в Петербурге, друг нашей семьи, вывез нас из лагерей в свой замок, в деревушку Футо около Нового Сада.
Пробыли в Югославии до 1928 года, потом переехали в Париж. В России мы потеряли все. Чтобы помочь родителям, я разгружал вагоны с устрицами, был актером, почтальоном. Одновременно мне удалось окончить инженерное училище, и я даже год проработал инженером.
– Вы приняли французское гражданство?
– Боже меня сохрани принимать какие-то чужие гражданства! Зачем? Я – русский.
– А как вы попали к генералу Франко?
– Когда в 1936 году в Испании началась гражданская война, мне было двадцать три года. Я только что женился и уже через час после венчания ехал поездом к испанской границе. Ехал один. Знал, что мы там нужны. По-испански не знал ни слова. В этот момент войска фалангистов брали Ирун. Я переплыл реку и явился к ним. Когда я сказал, что русский, они решили: чекист из Москвы, провокатор. Меня вывезли в Наварру и отправили назад во Францию. Там на границе я встретил Колю Зотова, бывшего поручика Алексеевского полка. В эмиграции он работал киномехаником в Париже. Он тоже хотел сражаться с коммунистами, и мы вернулись в Испанию. На этот раз нам повезло, правда, не сразу. Нас отвезли в Памплону, посадили в тюрьму, а потом начали разбираться и поняли, кто мы такие. Тогда нас послали в Сарагосу. У меня от рождения были способности к языкам, и я быстро схватил испанский, даже научился писать. Нам дали переводить какие-то советские документы. Мы встретили антикоммунистов из многих стран. Мир знает о сражавшихся в Испании на стороне республиканцев интернационалистах-коммунистах, а о нашем «антикоммунистическом интернационале» никто и не слышал. Была сформирована русская часть из восьмидесяти бывших офицеров белой армии и солдат. Меня назначили на пулемет, как молодого инженера со смекалкой, к тому же говорившего по-испански. С Зотовым нас разделили. Каталония была абсолютно красной – гнездом анархистов. Я два года провоевал в Испании. По вечерам писал письма за неграмотных солдат. Священник, князь Шаховской, регулярно нас навещал. В 1937 году в Сарагосе меня тяжело ранили – был поврежден левый глаз и разворочена вся левая сторона тела. Зотов в Испании спился. Умер он на улице Мадрида – замерз.
В начале 1939 года я вернулся во Францию. Жена в письмах предупреждала, что меня искали жандармы за уклонение от военной службы. Она боялась им сказать, что я в Испании на войне. В Париже меня тут же объявили «фашистом». Месяц просидел в тюрьме. Вскоре меня простили и взяли в армию. Рядовым я был несколько дней – сразу же стал офицером. Тут разразилась Вторая мировая война. Девять месяцев мы сидели без дела. Французская армия совершенно разложилась, половина солдат просто разъехались по домам. Но меня испанская война приучила к дисциплине. Осенью 1940-го мне дали демобилизационный билет, и я вернулся к семье в Париж. Отец рассказал, что к нему приходили из гестапо: «Ваше сиятельство, граф Ламздорф, вы же, собственно, фольксдойч. Вы немецкого происхождения, возьмите немецкий паспорт...» Отец им сказал: «Нет, нет и нет. Я русский, мне не нужен немецкий паспорт». Они его оставили, слава Богу, в покое.
Моя мать спасла две еврейские семьи – Мнушкиных, это известная театральная семья, давшая миру знаменитого театрального режиссера Ариадну Мнушкину, и Володарских. Володарский был прекрасным скрипачом. Его позже схватили, потому что он не хотел никого слушать и стал выходить на улицу, чтобы заработать, – еду от матери он брать не хотел, тогда были большие трудности с продовольствием. Он пошел работать в ресторан. Кто-то его узнал и выдал. В русском Париже у меня всюду были друзья. Позднее, когда я был в оккупированной России во время войны и воевал против Сталина, одна половина Парижа считала меня «героем», а другая – «предателем».
каскада вне форума   Ответить с цитированием
Старый 06.02.2010   #25
каскада
Турист
 
Аватар для каскада
 
Регистрация: 25.01.2010
Сообщений: 58
По умолчанию

С Власовым против Сталина


– А как вы попали к генералу Власову?
– Власовцем я стал под влиянием бежавшего из СССР секретаря Сталина Бориса Бажанова. Прочел его книгу, ходил на его лекции. Он рассказывал о том, как в Финляндии у Маннергейма формировал отряды добровольцев из советских пленных. Тогда я узнал, что во время советско-финской войны русские солдаты сдавались батальонами, а в войне с немцами – чуть ли не дивизиями. Я понял, что должен ехать в Россию. Но русских эмигрантов немцы туда на пушечный выстрел не подпускали. Однако мы рискнули с Сережей Паленом, человеком очень близких мне взглядов.
Фамильный особняк Ламздорфов в Петербурге
– Граф Ламздорф и граф Пален?
– Именно так. У Сережи повсюду были связи. Мы остановились в Берлине в отеле «Эксельсиор» и пришли к генералу Бискупскому*. После долгих разговоров он послал нас в Россию переводчиками. Сережа знал шесть языков, а я четыре. Это было в 1941 году, до знаменитой холодной зимы. Мы попали в Вязьму. Там командовал генерал Шенкендорф, который считал, что приходится Палену каким-то дальним родственником. Сережа называл его «дядей» и при этом очень хохотал. Пален при нем и остался. А меня послали в шестую танковую дивизию переводчиком, где я научился неплохо писать по-немецки. Зима была лютая. Никто не мог припомнить такого холода. В Смоленске видел, как из окна госпиталя выбрасывали сапоги вместе с отрезанными обмороженными ногами. Наша танковая дивизия стояла в тылу. Я был там полтора месяца. Пален прислал письмо, чтобы меня вернули в Вязьму. А в этот момент началось формирование Русской национальной армии в Орше.
– Вы имеете в виду власовскую армию?
– В том-то и дело, что нет. Это было еще до Власова. Позднее эти люди стали ядром армии Власова. Я был младшим лейтенантом РНА. Мы с Паленом поехали в Париж закупать материал для военной формы. А сами были в такой странной форме, да еще с какими-то немецкими фамилиями – Пален, Ламздорф, – что все решили, что мы немецкие шпионы. Когда мы вошли в церковь на улице Дарю, батюшка, отец Александр Спасский, во время богослужения подошел к нам и спросил, что это за форма на нас такая и почему мы при оружии в церкви, это, дескать, не полагается. Смотрел на нас крайне неодобрительно. Я ему объяснил, что это форма РНА. Все оборачивались в нашу сторону. Потом мы рассказывали присутствовавшим на службе о целях нашей армии. В церкви вокруг нас собралась толпа. Многие приглашали в гости, чтобы узнать побольше.
– Я знаю, что среди русской эмиграции в Париже были и пронемецкие настроения. Вспомнить Зинаиду Гиппиус, Дмитрия Мережковского... Многие надеялись, что немцы свергнут Сталина и его режим.
– Нет, уверяю вас, пронемецких настроений не было вообще. Настроения были антинемецкие, поскольку многие еще помнили Первую мировую. А главное, все ненавидели немцев, потому что Германия финансировала Ленина. Многие желали немцам поражения от Красной Армии.
– Вы хотите сказать, что настроения были просоветские?
– Можно сказать и так. Половина русского Парижа осуждала нас. Нас называли «немецкими холуями». Большинство эмигрантов были политически наивными людьми. Они считали, что поддерживают Россию, а России-то никакой уже не существовало. Существовал СССР – с НКВД, СМЕРШем и ГУЛАГом. Вот кого они поддерживали. Вы понимаете, что в такой среде советской разведке было легко добиваться успехов. Плевицкие, скоблины, эфроны появлялись как грибы после дождя.
– Вернемся к армии Власова. Как же она возникла?
– Штаб находился в поселке Осинторф, недалеко от Орши. Начальником штаба был полковник Кромиади, более известный как полковник Санин. СМЕРШ за ним просто гонялся. В Осинторфе я встретил двух братьев Ивановых, Соколовского и Игоря Константиновича Сахарова. С ними мы вместе сражались еще в Испании.
Палена назначили губернатором Шкловского района Могилевской области. Первое условие, которое поставил немцам Пален, – чтобы в его районе их духу не было. Хорошее условие, не правда ли? Он им сказал, что сам будет всем распоряжаться. Как он распоряжался, я вам сейчас расскажу. Приходит в госпиталь, где лежали вместе немецкие и русские солдаты и офицеры. Видит – на каждой кровати история болезни. Написано по-немецки. Он приказывает это выбросить и все перевести на русский. На стене висит портрет фюрера. Пален говорит: «Убрать эту мерзость!» На него, конечно, тут же донесли. Там ведь лежали и засланные – чекисты и гестаповцы. К счастью, немецкий полковник, перед носом которого положили написанный по-русски донос, ни слова по-русски не знал, и его вернули Палену на перевод. Так мы и дознались, кто Сережу продал. Мы этого типа судили и даже дали ему адвоката, все по закону. Но защита объявила, что полностью согласна с обвинением. Мы этого то ли Полякова, то ли Полянова расстреляли по приговору суда. Но донос все же возымел действие. Нас с Паленом вернули в Берлин. Мы там переводили какие-то бумаги, бегали по инстанциям и высматривали, кого бы обработать, чтобы вернуться в Россию. И добились своего. Мы вернулись в Россию и стали активно действовать. Вы не поверите, но я вел прямые переговоры с партизанами. Я сказал им, чтобы они не лезли в мой район и тогда мы не будем их преследовать. Они согласились.
– Это была временная тактика?
– Конечно. Нам на какое-то время нужен был мир, и мы его получили. Но один раз партизаны нарушили договор: начали стрелять, и мы ответили тем же. У нас была полная свобода. Я говорил своим бойцам: если хотите, идите к партизанам, только оставьте оружие. Двое ушли. Но попались в лапы к Мартыновскому, который руководил антипартизанским отрядом. Мартыновский был сущим зверем. Он бил их страшно, но мне удалось их спасти: я сказал, что сам их послал. Я понимал, что хороших солдат из них теперь не получится, и отпустил на все четыре стороны.
Григорий Ламздорф в форме бойца армии фалангистов
– По вашему описанию выходит, что на оккупированных территориях действовали самые разношерстные группировки.
– Именно так и было. Немцы Мартыновского потом ликвидировали, так как он вел себя слишком жестоко даже с их точки зрения. В Польше, в Млаве, я столкнулся с Каминским**. Сам он был человек честный, но его люди были ужасны – настоящие уголовники. В Млаве меня отделили от моих людей – их перебросили в Данию, а я прибыл в Берлин. Шел 1944 год. Меня прикомандировали к генералу Жиленкову, в прошлом крупному советскому партийцу. Мы занимались пропагандистской работой: по громкоговорителям объясняли солдатам Красной Армии, что такое сталинский режим. Даже засылали наших пропагандистов в Красную Армию.
– Неужели это удавалось?
– Удавалось. Риск, конечно, был огромный.
– Знали ли вы Мелетия Зыкова, в прошлом редактора «Известий», который у Власова руководил всей антикоммунистической пропагандой?
– Конечно знал. Все его знали. Это была фигура. Советскую власть он очень хорошо понимал. В «Известиях» делал карьеру, коммунистов ненавидел. Он был еврей, хотя никогда об этом не говорил. Власов, зная, что он еврей, пекся о нем, как о сыне, приставил к нему круглосуточную охрану. Так его и похитили с охраной: кто-то выдал. Его расстреляли. Кто – неизвестно до сих пор. Это могли быть и смершевцы, и гестапо.
– Это было время, когда по всем фронтам шло наступление Красной Армии...
– Верно. Мы вели пропагандистскую работу по два дня и уходили. Так произошло и в Кракове. Оставаться там было нельзя. Я был в списках НКВД. Поехал в Данию забрать моих людей. Людей мне отдали, но без оружия. Мы пробрались из Дании в Штетин. У меня был приказ соединиться со 2-й дивизией Власова на юге, в месте, которое называлось Либе-Роза, на границе с Чехией. А как вы туда поедете? Поезда в Германию тогда не ходили, только на грузовиках. Вдруг полковник Риль, который в свое время преподавал в академии Фрунзе, приехал от Власова ко мне. Все-таки нашелся какой-то поезд, и часть людей я на этом поезде отправил, в том числе весь мой оркестр. Не смейтесь. Такое было время – и вдруг оркестр. Все они были музыканты из Красной Армии, сорок человек, верьте или не верьте. Оставил я себе только верных людей, которых хорошо знал. И переправил их в Либе-Розу. Я уже тогда имел чин майора. Была ранняя весна, февраль-март 1945 года.
Неожиданно я встретил Скорцени. Приезжаю к нему и вижу – на дереве висят двое эсэсовцев. Мы назад. Говорю своим людям: ребята, здесь советские. Но какие там могли быть советские? Оказывается, Скорцени их повесил за то, что отступили без приказа. Потом, много позже, в 1960-е годы, я возил одного немецкого журналиста к Скорцени в Мадрид. В конце войны он бежал к Франко и жил там. Я знал, где он живет.
– Что это был за человек?
– Это был дьявол. Смелый человек, неимоверного мужества. Он ушел от союзников по каким-то вентиляционным трубам. По профессии он был архитектор и при Франко жил очень хорошо, имел массу заказов. Писал книги и статьи, сочинил мемуары. Он остался настоящим нацистом до конца своей жизни. В Гитлера не верил. Верил только в партию, считал, что партия во всем права.
каскада вне форума   Ответить с цитированием
Старый 06.02.2010   #26
каскада
Турист
 
Аватар для каскада
 
Регистрация: 25.01.2010
Сообщений: 58
По умолчанию

Гитлер ненавидел Россию. Славянскую расу считал низшей. Как вы, русский аристократ, могли воевать на его стороне?
– Если бы я раньше прочитал «Майн кампф», я бы никогда этого не сделал. Потому что там черным по белому написано, что он собирался сделать с Россией. Нас, русских, он считал удобрением. Но вспомните, что в этой армии были и такие люди, как Штауффенберг: Гитлер расстрелял его после неудачного покушения 20 июля 1944 года. Среди высшего командования немецкого генштаба было много старых немецких аристократов, офицеров императорской армии, масса порядочных людей, которые пусть и поздно, но увидели, что этот маньяк и его шайка ведут страну и нацию к катастрофе.
Григорий Ламздорф в форме бойца РОА
– Вы были единомышленником Власова, но, насколько я знаю, так с ним и не соединились...

– К сожалению. С РОА – Русской освободительной армией генерала Власова – мы так и не соединились. Через советскую блокаду мы все же прорвались вблизи Берлина по коридору в Шверин, но Власова там не нашли. Англичане находились от нас справа, американцы слева. Тогда я решил выйти к Балтийскому морю и на каком-нибудь пароходе уплыть в Испанию. Послал к англичанам одну из наших, Анну, прекрасно говорившую по-английски, она училась до войны в Оксфорде. Командиру англичан Анна объяснила, что мы не советские, а русские эмигранты, что у нас свои счеты со Сталиным и его режимом. Он нас понял в две минуты. Дал письмо, чтобы нам помогали едой, одеждой и транспортом. Мы повернули на Эльбу и попали в руки других англичан. Вы только послушайте, какими разными могут быть люди. Этот мерзавец, их командир, прочитав письмо, разорвал его на куски, а нас арестовал и посадил за колючую проволоку, чтобы сдать СМЕРШу. Позже ко мне попали копии их списков, где я был под номером два. Но этот англичанин, подручный СМЕРШа, не на того напал. Ночью мы перерезали проволоку, и все пятьсот человек ушли. Мы прятались на Эльбе и придумывали, как нам через нее переправиться. Мы повсюду искали гражданскую одежду, крали ее, где только могли. Это был вопрос жизни и смерти. Но у меня служили и старые русские офицеры из аристократии: они не могли заставить себя красть. И они все погибли – их схватили и расстреляли. Остальных я вывел, почти все вскоре успешно эмигрировали в Южную Америку, я потом туда ездил и с ними встречался. В Байройте мы встретили людей из Красного Креста. Они помогли нам перебраться во французскую зону оккупации. В это время смершевцы рыскали по Европе, разыскивая всех русских, кто принимал участие в борьбе со сталинским режимом. Попадавшихся расстреливали на месте без суда. Ни одного человека не было выдано смершевцам из французской зоны, где все решал полковник Рош. Если бы Власов до нас дошел, его бы не выдали никогда. Рош был человек твердый, запугать его было невозможно, и коммунизму он цену знал. Ох, уж как смершевцы его ненавидели! А Власов, запомните, немцев хотел только использовать, чтобы повернуть русский народ и армию против сталинского режима. Ничего у него не получилось. Время было не то. Джугашвили был союзником Запада. Нежелательный элемент


– Но как же вы не попались СМЕРШу? Над вами звезда была счастливая или что?
– Птицы мы были стреляные. В конечном счете я попался. Только не СМЕРШу. Меня кто-то выдал, и я оказался в настоящем лагере смерти – французском концлагере для нежелательных элементов. Я думал, мне пришел конец. Два корсиканца меня допрашивали и постоянно били. Позже мне стало известно, что меня выдал мой лучший друг, Юра Григорьев, естественно, знавший, что я был на оккупированных территориях в России. Мы когда-то учились в одном классе. Он наговорил им, что я был близким другом Франко, Гитлера и Гиммлера. А я их и в глаза не видел. Рассказал, что я был другом Скорцени и тому подобное. Вот они и решили, что поймали крупную птицу. Из этой истории меня спас американец русского происхождения, Владимир Сергеевич Хлебников, офицер разведки. Хотя Сталин и был союзником американцев, «холодная война» началась сразу же после окончания «горячей». Хлебников прибыл в лагерь и затребовал меня, как полезного американцам «агента» против Советов. И им пришлось меня отпустить. Он сказал мне, что ничего больше для меня сделать не сможет, и посоветовал перебираться в американскую зону. Так я и всплыл в Мюнхене в 1947 году. Поступил работать по специальности – инженером холодильного дела. В Мюнхене прожил два года. И тут узнал, что мою жену арестовали. Суды во Франции тогда были повсеместно в руках коммунистов. На Нину донесла консьержка. Сказала, что к жене в квартиру приходили немцы, что она пела и танцевала в «Шехерезаде», самом дорогом русском ресторане Парижа.
– Но ведь это была правда?
– Но есть-то надо было! Естественно, что за столиками в «Шехерезаде» сидели немцы. Кто еще мог себе позволить ходить в такой дорогой ресторан? Домой к ней захаживал на чашку чая адмирал Дёниц.
– Ну и как это квалифицировать, как не сотрудничество с врагом? Дёниц, между прочим, десять лет получил как военный преступник...
– Какие у вас, журналистов, левые взгляды! Она была очень красива, а я с ней не был со дня свадьбы. Что из того, что за ней ухаживали офицеры вермахта? Причем, подчеркиваю, вермахта, не СС, не гестапо. Вы видите разницу, дорогая? Разве все это не ее личное дело? После освобождения Парижа французские коммунисты натравливали толпу на таких женщин, брили им головы, проводили по улицам с дощечками на груди, им плевали в лицо и били. Это что, законно, по-вашему?
– Чем же ваша с женой история кончилась?
– В Мюнхене в испанском консульстве я получил визу, и мы встретились с Ниной в Испании в 1951 году. Мы жили в Лериде, где Нина открыла институт красоты. Я работал инженером по холодильникам, а по вечерам помогал ей делать кремы.
– Французы запретили вам в течение двадцати лет жить во Франции...
– И это вы считаете правильным? Меня даже не судили – значит, не за что было. Когда эти корсиканцы меня допрашивали и били, они обвиняли меня в том, что из французской армии я перешел в немецкую. Так они называли армию генерала Власова – точь-в-точь как чекисты. Меня обвинили в дезертирстве, а сейчас французы мне платят военную пенсию. Какой же я дезертир?
– На что вы жили в Испании после войны?

– Мы с женой открыли небольшой отель на берегу моря. Последние годы жизни моя жена разводила собак. Несмотря на то что была очень больна, почти парализована. У нас в это время было двадцать восемь пуделей. Нина умерла в 1973 году. В 1988-м я вышел в отставку и вернулся в Барселону.
каскада вне форума   Ответить с цитированием
Старый 06.02.2010   #27
каскада
Турист
 
Аватар для каскада
 
Регистрация: 25.01.2010
Сообщений: 58
По умолчанию

Парижские «кусочки»


– Вы же парижанин, Григорий Павлович, расскажите о жизни русской колонии в Париже между двумя войнами.
– Лучше я расскажу о грузинской колонии. В Париже была довольно большая грузинская колония. Там было много аристократов и офицеров русской императорской армии, которые после захвата большевиками власти в Грузии в 1921 году бежали с родины. Я часто бывал у генерала Квинитадзе***, у которого были три очень красивые дочки. Чтобы зарабатывать на жизнь, он стал делать йогурты. Сначала просто для семьи. Ему для этих йогуртов требовалось много сосудов, а денег не было. Нашелся один богатый человек, по фамилии Зеленский, дал ему денег, сосуды привезли ни много ни мало из Севра. У Квинитадзе были какие-то особые грибки для йогурта. Под Парижем он снял сарай. До него про йогурт никто никогда не слыхал. Сперва русские стали покупать этот йогурт в русских магазинах с большим удовольствием. А потом он продал лицензию какому-то французу за большие деньги, и тот сделал из этих йогуртов огромное дело в Европе. Никто и не знает, что эти прекрасные французские йогурты на самом деле изобрел генерал русской императорской армии Квинитадзе.
– Григорий Павлович, вы ведь хорошо знали литературный Париж, не так ли?
– Мой отец был толстовец, и я тоже. Мы часто ходили к Мережковским. Там я встречал Бунина. Там же бывали Голенищев-Кутузов, дочка Мандельштама, поэт Смоленский, Надежда Тэффи. Довид Кнут дневал и ночевал у Зинаиды Гиппиус, которая была очень язвительная дама. Всех кусала. Она периодически приглашала в «Зеленую лампу», как она называла свой литературный салон, молодых поэтов. Она их собирала, чтобы критиковать. У Мережковских была чудная квартира в Париже, которую они купили еще до революции. По сравнению с нами они были богатыми людьми – могли оплачивать счета за газ и электричество. Этого никто из нас не мог себе позволить. За столом обычно собиралось много людей – вся литературная элита Парижа. Во время войны, когда я был в Пскове, мне сказали, что там живут две сестры Гиппиус. Я был очень осторожен, опасаясь ловушки НКВД. Но все-таки пошел к ним, переодевшись в штатское. Гиппиус им не писала, опасаясь, что их посадят. С почты сразу бы донесли. Они боялись даже говорить о Гиппиус. В это время в Париже умер Мережковский. Тэффи, которая, между прочим, всегда ворчала на Мережковского, страшно плакала на его похоронах.
– Много было слухов про этот странный брак Мережковского и Гиппиус...
– По всем признакам этот брак был платоническим. Но Гиппиус была страшно к Мережковскому привязана. Гиппиус вообще с мужчинами в интимные отношения никогда не вступала, хотя ее салон был полон мужчин и многие ей интересовались. Женщина она была необыкновенная.
– А кто еще в этом литературном салоне бывал?
– Куприн. Его в Париже никто не печатал, он стал пить и вернулся в СССР. Иван Шмелев приходил к нам в гимназию читать свои рассказы. Это был величайший русский писатель. Как и все, он жил в страшной бедности. Во время войны в одной русской газете, которую разрешили немцы, он что-то напечатал (надо же было как-то существовать). Коммунисты объявили его «коллаборационистом». Еле-еле мы это дело замяли. Какой он был коллаборационист?
– Вы, кажется, знали и Юла Бриннера, ставшего впоследствии звездой Голливуда?
– Конечно, я и его отца, которого тоже звали Юлий, знал. Оба были Юлии Юльевичи. Еще у Юла была сестра Верочка, певица. Отец служил министром торговли какого-то эфемерного эсдековского правительства у Колчака во Владивостоке.
– Говорили, что мать Юла цыганка, это верно?
– Он не любил говорить о ней, но, конечно, никакой цыганкой она не была. Цыганка не могла бы выйти замуж за русского министра. Эту версию про цыганку он поддерживал в Голливуде для рекламы, чтобы получать экзотические роли. У него действительно были азиатские скулы. До того как он стал известным на весь мир киноактером, он танцевал и пел в русских ресторанах. Ни у кого из нас не было денег, но изредка мы ходили его послушать. Его сестра Верочка пела в «Комической опере», был такой театр в Париже. Это она пристроила его в кино. Он чудно играл на гитаре, чудно пел, и она протолкнула его в Голливуд.

– Вы знали Вертинского?
– Близко не знал, но бывал в его квартире. Вертинского мужчины не любили, только женщины. Залы на его концертах были переполнены женщинами. Весь Париж тогда состоял из балов, устраиваемых разными русскими организациями. Ходили часто друг к другу в гости.
– А какие песни любили вы?
– На стихи Константина Симонова. У генерала Власова мы пели «Жди меня, и я вернусь» и еще «Голубые дожди».
– Я не знала, что Симонов был популярен у власовцев...
– И как популярен! Мы все его стихи учили наизусть.
– Я думаю, выговор в Союзе писателей он бы схлопотал, если бы там узнали, что его поют власовцы.
– Это уж точно. (Улыбается.)

* Василий Викторович Бискупский – до революции офицер гвардейского кавалерийского полка; муж знаменитой исполнительницы цыганских романсов Анастасии Вяльцевой. После прихода большевиков эмигрировал в Германию. Гитлер одно время скрывался у него на вилле под Мюнхеном после провала «пивного путча» 1923 года. С 1936 года Бискупский руководил «Управлением делами русской эмиграции в Германии».

** Бронислав, или Мечислав Каминский – советский инженер. До войны узник сталинских лагерей. Во время войны оказался на оккупированных территориях, где вошел в контакт с высшим немецким командованием и воевал с партизанами, создав так называемую самоуправляемую «республику Локоть» под Брянском. При наступлении Красной Армии успешно эвакуировал в Силезию 30 тысяч своих солдат и гражданских жителей, которые не хотели оставаться под сталинским режимом. С Власовым был в постоянном конфликте. Со своей бригадой влился в 29-ю дивизию СС. От Гиммлера получил звание полковника СС и высшую награду – железный крест. Получив приказ участвовать в подавлении варшавского восстания 1944 года, послал в Варшаву 1700 человек, дав им полную свободу грабить, насиловать и убивать, что шокировало даже немцев. Был арестован генералом СС Бах-Залевским, руководившим подавлением восстания в Варшаве. Трибуналом СС признан виновным и расстрелян.
*** Георгий Квинитадзе происходил из грузинского рода Чиковани. Он родился в 1874 году в Дагестане. В независимой Грузии занимал пост военного министра. Скончался в Шату во Франции 7 августа 1970 года в возрасте 96 лет. В 1985 году в парижском русском издательстве «ИМКА-Пресс» были напечатаны его мемуары «Мои воспоминания о годах независимости Грузии 1917-1921».
каскада вне форума   Ответить с цитированием
Старый 06.02.2010   #28
каскада
Турист
 
Аватар для каскада
 
Регистрация: 25.01.2010
Сообщений: 58
По умолчанию

РУССКИЕ ЖЕНЫ.


Говорят, что именно в славянках соединились обворожительность француженки с темпераментом итальянки; аккуратность немки с раскованностью американки; скромность англичанки со щедростью испанки. К этому следует добавить супружескую верность и привязанность к семье, любовь к детям и почитание мужа. Итальянцы, например, говорят: "Донна руса - добле донна" - "русская женщина - вдвойне женщина". Этих загадочных женщин почитали за честь взять в жены знаменитые зарубежные писатели, поэты, художники, композиторы, политические деятели, шахматисты, даже диктаторы.
Ромен Роллан, например, был счастлив в браке с Марией Кудашевой, а Луи Арагон долгие годы прожил с Эльзой Триоле - сестрой Лили Брик, возлюбленной Владимира Маяковского. Испанский король Альфонсо XIII был влюблен в русскую балерину Веру Кошубу - "мисс балета Дягилева". Первой женой великого Пабло Пикассо стала Ольга Хохлова, тоже танцевавшая в труппе Сергея Дягилева. И второй женой знаменитого Родольфо Валентино была русская балерина Наташа Рамбова. Правда, великий сердцеед был уличен в двоеженстве, за что и провел несколько месяцев в тюрьме.
Как известно, Родольфо Валентино женился на Наталье Рамбовой в Мексике в 1922 году, будучи в законном браке с французской актрисой Жанной Арше. К сожалению, итальянский танцор не проявил себя джентльменом. Когда его арестовали за двоеженство, он поспешил откреститься от обеих жен и такой ценой получил свободу. Это был, пожалуй, единственный случай предательства со стороны мужчин в отношении русских возлюбленных.
Примером же подлинного отношения к русской женщине могут служить французский поэт Поль Элюар и испанский художник Сальвадор Дали. Их женой - разумеется, в разное время, была Елена Дьяконова, которую Дали называл Гала, что значит «праздник».
Связал свою судьбу с русской - Ольгой Ченодаевой - и легендарный Хосе Рауль Капабланка, тоже король, но шахматный. Кубинец познакомился с русской красавицей-княгиней, молодой вдовой эмигранта в 1934 году. Родом она была из Тифлиса, как назывался некогда Тбилиси. В 1920 году родители вывезли ее во Францию. Спустя десять лет судьба забросила Ольгу в США. Здесь она и встретилась с Капабланкой, работавшим тогда в кубинском посольстве в Вашингтоне. Влюбившись с первого взгляда, Хосе Рауль тут же объявил, что женится на Ольге. В 1938 году они стали мужем и женой. Хосе было 49 лет, Ольге - 37.
Капабланка почти не расставался с Ольгой и лучшие свои дни провел с ней в Париже. Она обладала литературным даром, еще в юные годы брала уроки у знаменитого поэта Бальмонта, назвавшего ее "солнечной девочкой". Она всегда следовала за мужем, во время турниров располагалась недалеко от его столика. Ольгу спрашивали, не скучно ли ей следить за игрой, которую она не понимает. Она отвечала, что следит не за игрой Капы, как друзья звали Хосе Рауля, а за ним самим, и по лицу мужа догадывалась о ситуации на доске. Во время брака с Ольгой шахматный король вновь расцвел, но, увы, счастливый союз длился недолго: в 1942-м Капабланка скоропостижно скончался от кровоизлияния в мозг. Ему было 53 года. В 1945-м Ольга получила небольшой гонорар за свои воспоминания о поездке с Хосе Раулем на турнир в Ноттингем в 1936 году. Несмотря на собственное затруднительное материальное положение после смерти мужа, она отправила все полученные за книжку деньги его родным в Гавану с просьбой купить на них цветы и положить на могилу Рауля. Через несколько лет Ольга вышла замуж еще раз - за американского адмирала Кларка. Более чем на полвека Ольга пережила Капабланку. В свои 90 еще успела посетить торжества в Манхэттенском шахматном клубе, посвященные столетию со дня рождения третьего чемпиона мира. Умерла она в 1994 году в Нью-Йорке.
каскада вне форума   Ответить с цитированием
Старый 06.02.2010   #29
каскада
Турист
 
Аватар для каскада
 
Регистрация: 25.01.2010
Сообщений: 58
По умолчанию

Можно вспомнить и сестру драматурга А.Сухово-Кобылина Елизавету Васильевну, известную как писательница Евгения Тур, вышедшую замуж за французского графа Салиса де Турнемира (к слову сказать, автор исторических романов Евгений Андреевич Салиас, прозванный "русским Дюма", как поговаривают, за довольно легковесное отношение к истории, - их сын). На русских были женаты английский писатель Артур Рэнсон и венгерский композитор Имре Кальман, итальянский архитектор Витторио Греготти и французский художник Фернан Леже.
12 октября 1852 года в Исаакиевском соборе Петербурга состоялось бракосочетание Генриха Шлимана, в то время удачливого купца 1-й гильдии, впоследствии - всемирно известного археолога, открывшего знаменитую Трою, с Екатериной Петровной Лыжиной. Они прожили вместе 15 лет, имели троих детей и расстались, когда Шлиман уехал в Париж: Катенька не захотела покинуть Россию. Но тем не менее бывшие супруги сохранили теплые чувства, о чем свидетельствуют 186 писем, которыми они обменивались на протяжении почти 33 лет. Письма эти раскрывают вечную трагедию несхожих натур: мятущегося мужа и жены, чья высшая цель - хранить домашний очаг. Мечта о Трое для Шлимана оказалась сильнее его русской семьи. Кстати, эта же причина - одержимость профессией и мечтой - развела Пабло Пикассо и Ольгу Хохлову.
Сердечные узы дружбы и любви связывали Анну Андреевну Ахматову с Амадео Модильяни, а талантливую художницу Марию Башкирцеву с Ги де Мопассаном. В течение 30 лет вдохновляла Анри Матисса Лидия Делекторская. Облик этой красавицы знаменитый французский художник воссоздал на многих полотнах и графических листах, особенно в последний период творчества. В дни рождения мастер обычно преподносил ей свои работы. А Лидия, которая, говоря ее же словами, никогда не хотела быть "платной женщиной", дарила картины российским музеям. Во многом благодаря ей Россия имеет неплохую коллекцию произведений Матисса. Кстати, в декабре 2002 года в столичном Музее личных коллекций проходила выставка "Лидия Делекторская - Анри Матисс", рассказывающая об удивительных отношениях русской женщины и французского живописца.
Немногие знают, что музой, подругой и моделью другого французского мастера, скульптора Аристида Майоля, тоже была русская красавица - Дина Вьерни, а одна из его работ, украшающая Елисейские поля в Париже, - это скульптурное изображение нашей соотечественницы. Дина родилась в Одессе, в год свершения октябрьской революции. Во время Второй мировой войны активно участвовала в движении Сопротивления во Франции. Была арестована, сидела в одной камере с Женевьев де Голль - сестрой генерала и будущего президента Франции. Немецкий скульптор Арно Бекер, ученик Майоля, спас ее от отправки в Освенцим. После войны Дина Вьерни стала лучшей галерейщицей в Париже, а может, и во всей Европе. Прелестная женщина, одолевшая многих мужчин на беспощадном рынке искусства, была к тому же страстным пропагандистом русской живописи.
Вспомним, наконец, блистательную Марию Игнатьевну Закревскую - "железную женщину", как назвала ее в своих мемуарах Нина Берберова. Она в течение 13 лет была "невенчанной женой" Герберта Уэллса.
Славянки пленяли не только европейцев. На русском кладбище Сент-Женевьев-де-Буа под Парижем покоятся останки Екатерины Десницкой, таиландской принцессы На Питсанулок. Именно такое имя она стала носить после того, как вышла замуж за Чакрабона, второго сына сиамского короля. Молодые люди познакомились в Петербурге, где претендент на престол обучался военному делу. Зная, что ни собственная семья, ни Николай II, под покровительством которого принц находился в России, не разрешат ему жениться на Екатерине, высокородный влюбленный тайком вывез ее в Таиланд. В марте 1908 года у Чакрабонов родился сын Чула и только после этого Екатерину признали при дворе.
Даже Гитлер, с презрением, высокомерием и ненавистью относившийся к славянам, которых считал низшей расой, не устоял перед очарованием русской женщины. Его пленила красавица Ольга Чехова, родственница великого русского писателя. Правда, как выяснилось впоследствии, Ольга была одним из лучших агентов Лаврентия Берия и, находясь рядом с Гитлером, выполняла задания шефа НКВД. И, судя по тому, что она была обеспечена материально до конца жизни, справлялась со своими обязанностями неплохо. Бенито Муссолини в юности испытывал глубокую привязанность к русской женщине - это была нигилистка Анжелика Балабанова. Она была старше будущего дуче и много образованнее его. Не в последнюю очередь именно благодаря ей 21-летний Бенито поступил в Лозаннский университет, увлекся философией. Как писал один из биографов Муссолини, "они жили вместе и расходились, снова соединялись, обожали друг друга и ненавидели, ссорились и мирились. Что это было, если не любовь?».
каскада вне форума   Ответить с цитированием
Старый 07.02.2010   #30
azalea
Турист со стажем
 
Аватар для azalea
 
Регистрация: 09.11.2009
Адрес: France
Сообщений: 213
По умолчанию

каскада, спасибо большое за интереснейшую тему. Читаю с большим интересом.
azalea вне форума   Ответить с цитированием
Ответ


Здесь присутствуют: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1)
 
Опции темы

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход


Текущее время: 09:31. Часовой пояс GMT -3.


Powered by vBulletin® Version 3.8.5
Copyright ©2000 - 2021, Jelsoft Enterprises Ltd. Перевод: zCarot
Над форумом издевался El Zorro
Сервис авто регистрации в
каталогах, статьи про раскрутку сайтов, web дизайн, flash, 
photoshop, хостинг, рассылки; форум, баннерная сеть, каталог 
сайтов, услуги продвижения и рекламы сайтов ProtoPlex: программы, форум, рейтинг, рефераты, рассылки! Рейтинг TOP100 Каталог сайтов Всего.RU Поиск по тематическим каталогам